выступила с сообщением «Литературная премия как навигация в современном литературном пространстве». Возможна ли навигация как нахождение правильного курса для чтения или для создания новых текстов? Ответ – НЕТ!
Литературные премии сегодня утрачивают свой авторитет. В 90-е годы на премии надеялись как на инструмент идеологической и эстетической децентрализации. Сейчас отсутствие общих навигационных ориентиров вызывает недоверие к премии.
Премия не столько инструмент для навигации, сколько её измерительный прибор.
Консенсус, особенно на последнем этапе присуждения премии, достигается чисто арифметическим способом, и довольно часто фаворитом оказывается фигура компромиссная.
Критик Левинсон предлагал дать премию «НОС» не лучшей книге, а той, которая есть самая средняя. «НОС» можно расшифровать как «нынешняя отечественная словесность»!
Курс нынешней отечественной словесности это курс на массовость, на историю («story»), на приключения, на карнавальность…
Для прозы последних лет характерен «журнализм», который выражается прежде всего в стилистике.
Реалистическая тенденция отодвигает постмодернистскую.
Успех книги в сетевой среде обеспечивается сходством с компьютерной игрой.
Ориентация на образцы западной литературы вполне заметная сейчас тенденция – тенденция к универсализму, космополитизму.

Никита Львович ЕЛИСЕЕВ, литературный критик из Санкт-Петербурга,

выступил с сообщением «Литературная премия «Национальный бестселлер» – показатель литературного процесса». Он высказал мнение, что проблема литературы – это прежде всего проблема утраты читателей. В позднее советское время читателем была интеллигенция, часть из которой ныне ушла либо «наверх» в банкиры, либо в библиотекари.
Навигатором литературная премия быть не может, но показателем может быть – точным сколком того, что есть наша литература. Критики – это клан, и волей-неволей происходит отрыв от читателей.
Премия «национальный бестселлер» в 10 тысяч долларов аккуратно делится: 7 тысяч $ получает победитель, а 3 тысячи $ получает тот, кто выдвинул этого претендента. Это своеобразный «откат».

«Русский бестселлер это книга, которую не покупают, а воруют», – дополнил один из участников.

Татьяна Михайловна КОЛЯДИЧ д.ф.н., профессор МПГУ (Москва)

выступила с сообщением «Современная проза: миф или реальность». Она считает, что произошёл слом литературной парадигмы, начиная с идеологии и кончая внутренним устройством текста. У литературоведов есть свой круг авторов, который холим и лелеем, а читатель выбирает совсем другое. Интерес к определённым авторам сохраняется именно потому, что в их произведениях поднимаются общечеловеческие проблемы.
Постмодернизм был игрой, игрушкой. Ныне на нашу жизнь влияют коммерческие проекты. Книга сегодня стала продуктом. Существует даже такой термин как «бизнес-роман». Литература создаётся под определённый формат, книга является товаром, получая прямую или косвенную пиар-поддержку. Многие книги читаются только потому, что они включены в определённую серию.
Читателя интересуют обычные люди, поставленные судьбой в сложные рамки.
Текст динамично-компьютерный останется, если насытится диалогами, реальным построением, детективной интригой. Но будет ли присутствовать глубина, философия, наши два традиционных вопроса «кто виноват?» и «что делать?»
Современной литературе нужен баланс рассуждения и повествования.
Большие по объёму тексты сегодня не востребованы. Читателя привлекают семейные саги, книги с мистической составляющей.
Закончилась эпоха высокой моды, наступила пора литературы для повседневной носки.
«Я не вижу возможностей и способов воспитания сегодняшнего читателя. Но я считаю, что такой читатель придёт, когда мы уйдём от коммерциализации».
80% Московского Дома книги принадлежит одному человеку, который навязывает свою позицию.

Одним из участников было высказано мнение, что литература ныне вступила в полосу свободы, и это самое лучшее и для авторов, и для читателей. Надо перестать говорить, что книга должна воспитывать. Одно дело – читать книги, другое дело – их продавать. Ведущие издательства «АСТ», «Эксмо» не раскручивают авторов, выходящих тиражом 3 тысячи экземпляров. Стандарт – 15 тысяч экземпляров.

Мария Александровна ЧЕРНЯК – д.ф.н., профессор РГПУ им. А.И.Герцена (Санкт-Петербург)

привела любопытные данные опроса «Что такое современная литература?»
«Современная литература – это отражение попыток человека уйти от одиночества и возвращение к нему». «Современная литература – это краеугольный камень непрофессионализма со скороспелостью, жаждой наживы». «Это прошлое, которое описали сейчас, поэтому часто она мне не интересна; это чужой опыт, мне нужно свой». «Современная литература больше разобщает, чем воспитывает; чтиво на один раз». «Это большая помойка, но и на ней иногда удаётся найти гениальные цветы жизни». «Только круглый дурак продолжает что-то понимать в современной литературе, а специалист давно уже утратил точное единообразно понятие её». «Современная литература – это попытка автора описать нашу сумбурную действительность, сдобрить нетривиальными героями с породистыми тараканами и приправить всё это извечными проблемами».

Ольга Петровна ЛЕБЁДУШКИНА, к.ф.н., доцент, литературный критик (г.Балашов) выступила с сообщением «Антология и серия: способы навигации, поиска и отбора».

Роман Эмильевич АРБИТМАН (Лев Гурский) – писатель из Саратова – рассказал о роли внелитературных обстоятельств в деле продвижения книги к читателю.

Сергей Фёдорович ДМИТРЕНКО – шеф-редактор газеты «Литература» издательского дома «Первое сентября», к.ф.н., литературный критик из Москвы – выступил с докладом «Современное чтение современного российского учителя литературы (из опыта изучения и управления)».

Надежда Евгеньевна БЕЛЯЕВА – ст.преподаватель кафедры библиотековедения и библиографии ОГИИК (Орёл) рассказала о художественной литературе в Сети, как и что читают молодые.

НОВИКОВА Лиза Владимировна (литературный критик из Москвы)

заявила, что выбор книг определяется не литературными премиями. На читательский интерес сохраняется влияние политики.
Задача критика – понимать, что действительно есть наше время, в котором огромные политические и социальные проблемы. Надо продолжать писать о том, что кажется настоящим.
Критику приходится иметь дело с таким развившимся в последнее время явлением как интернет-критика. Но при этом всё равно должна существовать критика профессиональная.

Евгения ВЕЖЛЯН (Воробьёва Евгения Исааковна), к.ф.н., доцент МГПИ, литературный критик, поэт из Москвы,

в своём докладе попыталась доказать, что проза и поэзия это разные пространства. Литература ассоциируется прежде всего с поэзией. Поэзия – это то, что пишут поэты. А проза – это то, что пишут люди, признаваемые прозаиками.
Есть ли у нашей литературы миссия? – справедливо спрашивает Евгения Вежлян.

Дмитрий Петрович БАК («человек из телевизора»), Жанна Георгиевна Галиева и Татьяна Владимировна Соловьёва – из центра исследований новейшей русской литературы РГГУ (Москва) рассказали о своих проектах.
Жанна Георгиевна Галиева поведала, что в РГГУ уже появилась самая настоящая литературная премия «Студенческий Букер», есть спонсор, своя структура, проекты при поддержке фонда «Русский Букер», и с 2004 года каждый год этот проект проводится.

Татьяна Владимировна Соловьёва рассказала о проекте «Траектория чтения» – таком наиболее приближенном к жанру ток-шоу мероприятии. В центре каждого мероприятия проблема. Задача не просто продвинуть какую-то книжку, а обсудить актуальную проблему или выявить какую-то тенденцию.

Дмитрий Петрович БАК сказал: «мы не знаем, что должно быть в современной литературе, мы не знаем никаких готовых рецептов, касательно того, как её доносить до студентов; но мы убеждены в том, что прежде чем строить теории, давать рецепты, надо сдать материал…
Вообще способность вести разговор на каком-то уровне, а не скатываться к тому тону, который иногда бывает в разговорах о новейшей литературе, когда просто какие-то ни на чём не основанные суждения, что хорошо, что плохо, что должно быть, что не должно быть, повисают в воздухе без всякой опоры…
Главное избавиться от позитивистского убеждения, что вот есть две головы, в одной чего-то не хватает, а в другой избыток…
И главное – минимум отстранённого высокомерия! Потому что я убеждён, что неизвестно, кто кого учит, когда мы говорим об актуальной литературе...»

Я решил спросить у знаменитого эксперта, каковы же основные тенденции развития русской литературы в двадцать первом веке?
Дмитрий Бак отказался отвечать на мой вопрос, заявив, «что это не имеет отношения к докладу». Мне отказ показался странным, поскольку тема конференции этому и была посвящена. Я попытался указать на существенные различия в названиях семинара: «Русская литература в XXI веке» и Русская литература XXI века». Дмитрий БАК не увидел различий, но признал, что это опечатка.

Поскольку ведущий эксперт по новой русской литературе Дмитрий Петрович БАК отказался отвечать на мой вопрос, я решил съездить на Санкт-Петербургский международный книжный салон, чтобы из первых рук узнать от читателей, издателей и продавцов, какой же они видят русскую литературу в XXI веке.

Мнения опрошенных мною людей распределились по трём основным группам. Одни видят будущее русской литературы в философском осмыслении действительности, другие утверждают, что доминирующим трендом останется развлекательность, третьи считают, что литература будет развиваться во все стороны и станет мультикультурной.

По моему мнению, русская литература XXI века будет литературой смысла, поиском ответов на вечные вопросы бытия. Но, наверное, необходимо потрясение, чтобы люди поняли важность размышлений о смысле жизни и цели человеческого существования.

На развитие русской литературы в XXI веке будут оказывать влияние три основных фактора:
ПЕРВЫЙ ФАКТОР – ЭКОНОМИЧЕСКИЙ.
В России ежегодно выходит примерно 60 тысяч книг. Стоимость бумажных изданий растёт, трудности распространения и реализации увеличиваются. Бумажные книги не выдерживают конкуренции с доступными каждому бесплатными электронными копиями в Интернете.
В стране 145 тысяч библиотек. В российской национальной библиотеке в Петербурге почти 40 млн. единиц хранения. Ежегодное пополнение библиотек даже минимальным количеством печатных изданий обходится казне несравнимо дороже, чем обновление электронными версиями. Интернет также позволяет значительно увеличить количество наименований обновляемых изданий. Но этому мешает законодательство об авторском праве, которое, безусловно, будет преодолено или изменено.
Электронные книги скоро окончательно вытеснят массовые бумажные издания. Книжный бизнес уже постепенно уходит в сферу торговли авторскими правами. Поэтому инициаторами продления срока авторского права выступают именно медиамагнаты, владеющие огромными пакетами авторских прав.
Интернет сводит на нет тиражи печатных изданий, а значит, и доходы писателей. Вряд ли профессиональный литератор согласится издаваться бесплатно. Профессия «писатель» постепенно исчезнет. Успех автора будет определяться не тиражами, а силой его идей.

ВТОРОЙ ФАКТОР – ТЕХНОЛОГИЧЕСКИЙ
Дальнейшее развитие интернета, приёмо-передающих, копирующих и считывающих устройств позволит иметь доступ к огромным источникам информации. Уже в ближайшем будущем литература будет существовать на электронных носителях, и с текстами читатель сможет ознакомиться всегда и везде.
На смену печатным текстам приходят аудиокниги. Филологи уже отказались от разделения письменное и устное. Вместо «устного» говорят «звучащее» слово, «звучащая речь» и т. д. Звучащее слово – особый феномен. Оно обладает особыми свойствами и колоссальными возможностями, по сравнению с написанным.
Текст постепенно вытесняет и видео. Всем известно, что чтение с экрана затруднительно – глаза устают. Экран монитора предназначен скорее для видео, чем для прочтения больших текстов.
В то время как доверие к изображению ещё сохраняется, к печатному слову неуклонно падает.
Видеоролик обладает несомненными преимуществами перед текстом. Во-первых, смотреть гораздо приятнее и легче, чем читать текст. Во-вторых, видеоролик позволяет более объёмно выразить не только свои мысли, но и чувства через изображение и музыку. А если в ролике используются ещё и спецэффекты, то это делает послание ещё более впечатляющим.
Книга будущего будет представлять собой сложное творение, содержащее текст, фотографии, видео, аудиозапись и компьютерные спецэффекты.

ТРЕТИЙ ФАКТОР – ИДЕОЛОГИЧЕСКИЙ
Глобализация мира, с одной стороны, и потребительская идеология, с другой стороны, оказывают существенное влияние на облик потребителя современной литературы. Главное свойство человека ныне – быть потребителем. Поэтому книга всё более становится товаром и всё менее источником преображения.
Чтобы быть воспринятой в мире, русская литература должна приспособиться к общемировым тенденциям и в то же время быть на уровне творений Льва Толстого, Фёдора Достоевского, Антона Чехова. Именно с русской литературой ассоциируется великая русская культура.
Но должен, наверное, произойти некий социальный катаклизм, чтобы люди вновь ощутили потребность в литературе, затрагивающей вечные вопросы бытия.

Полагаю, что в современной литературе можно выделить условно ДВА ТРЕНДА: литература, которая предлагает не думать («отправь мозги в отпуск»), и литература, которая предлагает задуматься (даёт пищу для души и ума). Первая отчётливо ориентирована на развлекательность, отдых, усладу для читателя (потребителя). Эта литература – бизнес, или часть бизнеса! Основная цель представителей данной литературы – заработать! И они не стесняются это признать.

ВТОРАЯ ТЕНДЕНЦИЯ – это литература духовного содержания (не путать с религиозной), которая предлагает задуматься над происходящим вокруг и в себе. Эта литература, если не полностью бескорыстна, то, во всяком случае, не является бизнесом, поскольку ставит своей целью не зарабатывание денег, а приобщение читателя к высшим идеалам человеческой культуры и образцам человеческой жизни.

Огромное количество напечатанных книг ныне представляют ценность лишь как макулатура. А сколько усилий затрачено на их написание, издание, распространение!..
Недавно нашёл у метро брошюру общества «Знание» (№2 1979 год) «Летопись нашей эпохи». В главе «Советский образ жизни и будущее нашей литературы: опыт прогнозирования» доктор филологических наук Ю.А.Андреев пишет: «Литература должна пристально и внимательно, с позиций марксизма, вооружаясь ленинской партийностью, проникать во взаимоотношения индивидуального и общественного бытия… Углубление социального анализа так же, как психологизма и историзма, будет сопутствовать развитию социалистической, правдивой по самой своей сути литературы».

В 1974 году в Париже известный французский теоретик Р.Альберас опубликовал книгу «Литература – горизонт 2000 года». Он утверждал, что к началу нового тысячелетия господствующим приёмом станет внутренний монолог, категории времени и пространства будут полностью трансформированы, не будет ни начала, ни конца, ни причин, ни следствий; характер героя размоется и исчезнет, личности не будет, настанет время анонимов, персонажей-масок без индивидуальных признаков. Отказ от логики и грамматики станет абсолютным и господствующим. «Будущее принадлежит непонятным книгам»!

Сегодня литературный процесс превратился в бизнес, мало чем отличающийся от прочих видов бизнеса, где главную скрипку играет потребитель, то есть читатель.
Ныне писатели – «производители литературы». Литературные премии стали частью книжного бизнеса по раскручиванию того или иного автора.
Ни для кого уже не секрет, кому и почему даются литературные премии (читай работу французского исследователя Пьера Бурдье «Поле литературы»). Чтобы получить литературную премию нужно: а\ выдавать ежегодно литературный продукт неважно какого размера и качества, но обязательно ежегодно, и лучше не один; б\ нужно обладать высоким модусом внутригруппового участия (проще говоря, участвовать в литературных тусовках и быть «в обойме»); в\ демонстрировать лояльность к определённым темам и политическим условиям.

На мой взгляд, важно не премию получить, и остаться в истории литературы, или что ещё лучше – в человеческих сердцах как можно большего количества людей.
Как справедливо заметил Джеймс Баллард: «Любой дурак может написать роман, но продать его – только гений!»

Для кого-то книга товар, а для меня – исповедь. Исповедью не торгуют!
Для издателей я не интересен, поскольку на мне невозможно заработать. Все свои произведения я выкладываю в Интернет для бесплатного скачивания.
Я принципиальный противник института наследования, в том числе и наследования авторских прав. Мне предлагали купить авторские права на мой роман в обмен на его опубликование. Я – отказался.
Я разделяю позицию Льва Толстого: каждый должен жить тем, что сам лично заработал!
«Такая мания – это писательство. За деньги писать, – говорил Лев Толстой. – Это как есть, когда не хочется, или как проституция, когда не хочется предаваться разврату».

Профессиональные писатели и профессиональные критики не хотят замечать Новую Русскую Литературу, поскольку одним из её принципов является бескорыстность мотивов творчества. Мало кто способен творить бескорыстно.

Звание «писатель» обесценилось. Нынче писателями стали футболисты, артисты, политики… Писателя уже никто не воспринимает как совесть народную. Писатель ныне жалкий фигляр, пытающийся любыми средствами привлечь к себе внимание читателей, готовый на любой пиар, любой эпатаж, делающий перфоманс из собственного эксгибиционизма.
Если и Юлия Высоцкая – писатель, и Ксюша Собчак – писатель… то я в таком случае – неписатель!
Писатель не профессия, а призвание и служение. Возможно, даже долг! Настоящий писатель — это Пророк, потому как его совестью Бог судит происходящее.

Недавно со мной случился любопытный казус. Каждый год я заполняю анкеты для получения необходимого разрешения. В этом году я заполнил, как и всегда, но молоденькая девушка-клерк потребовала, чтобы я указал юридический адрес работодателя, поскольку, по её словам, «все писатели обязательно должны где-то работать, например, в типографии».

Меня многие называют писателем, некоторые считают поэтом. Но как говорила Анна Ахматова, «не понимаю я этих больших слов: поэт, бильярд…».
Называть себя поэтом, и быть поэтом – не одно и тоже. Да и нескромно это…
Важно не то, кто себя как называет, а как назовут нас в будущем.

Поэт это не тот, кто пишет стихи. Это тот, кто может уловить и поэтически выразить настроения и чувства в рифмованном стихе (иногда верлибром).
Лично я пишу и прозу, и поэзию в едином контексте, не разграничивая их, и не называю себя поэтом или прозаиком.

Когда признанья нет, поэт, увы, свободен, когда известен — раб пустой толпы. Он лишь тогда ей на потребу годен, когда творит за деньги, без любви. Лишь без наград, без всякого признанья, вдали от липкой жизни суеты творит он для себя, как в покаянье. Он Дара раб, а не людской молвы!
— Стихи забудут, рукопись сгорит.
— Быть может, вспомнят добрыми словами?
— Не памяти нам нужен монолит, а то, с какими мы умрём сердцами!

Я разделяю точку зрения французского писателя Пьера Мишона, что адресат нашего творчества – БОГ!
И я согласен с Борисом Пастернаком: «Цель творчества – самоотдача!»

«Если не уверен, что твои произведения будут читать через сто лет, не стоит и бумагу марать. Можно опубликовать тома, а на слуху останутся только строчки. Так что справедливо, когда настоящий талант оценивается после смерти. Купить посмертную славу невозможно. Только Вечность даёт истинную оценку. Талант писателя и состоит в умении разглядеть в случайном закономерное, выделить в суетном неизменное, чтобы перевести временное в вечное».

«Настоящий писатель — не сочинитель; он лишь отражает жизнь, ибо сочинить правду невозможно, можно лишь её отразить. Правда выше вымысла! А выше правды Поэзия правды! Я видел Тайну, и хочу, чтобы её увидели другие. Моя задача не учить читателя, а побудить его вместе разгадывать Тайну. И для меня счастье, если читатель откроет в тексте больше смыслов, нежели открыл я. Я хочу помочь человеку задуматься, создаю пространство для размышлений, не навязывая своего мнения, поскольку каждый должен сам постичь себя и загадку мироздания».

Писатель Ольга Славникова права, когда говорит, что книга уже не вызывает сочувствия, а сохраняется лишь интерес к книгам, написанным на основе реальных событий.
Оба моих романа построены на реальных событиях, а второй – «Странник»(мистерия) – так и называется «роман-Быль».

Публикуя свой роман, я не имел цели заработать денег или стать известным. Я писал ради того, чтобы помочь своим опытом самоспасения тем, кто оказался в схожей трудной ситуации.
Цель моего творчества – не других переделать, а себя создать!
Главный итог прожитой жизни — не количество написанных книг, а состояние души на пороге смерти.

Мы живём во время утраты литературоцентризма. Литература в современном обществе нужна прежде всего самим литераторам. Возникает ощущение исчерпанности слова, его девальвации. Пишется много, а перехода количества в качество не происходит.

Читателю в современной жизни от книги нужен релакс. Уже все забыли, что чтение книги – это труд души и ума. Никто не хочет тратить деньги, заработанные нелёгким трудом, на то, чтобы ещё трудиться. Люди хотят развлечений! Хлеба и зрелищ! И в этом трудно их упрекнуть. Так было всегда.

Я ничего не имею против развлекательной литературы – она тоже нужна. Но весь вопрос, чего должно быть больше: литературы для отдыха или литературы для размышлений?

В России никогда не было настоящей философии, и все идеи предлагались литераторами. В школе нам рекомендуют читать именно те книги, которые наполнены духовным опытом, учат жизни. Это «Горе от ума», «Мёртвые души», «Преступление и наказание», «Война и мир»…

Сегодня литература перестала быть откровением. Писатель уже не учитель жизни, а литература не квинтэссенция мудрости, – в лучшем случае «чтиво», способное развлечь во время поездки в транспорте.
На смену критическому реализму и социалистическому реализму, приходит метафизический реализм, реализм мистический, трансреализм, сверхреализм, реализм пост-постмодернизма, в котором все взгляды, даже самые безумные, имеют право называться реальностью.

Литература это динамический энергетический процесс, открытая динамическая система. В попытке универсального объяснения мира, литература всё смелее вторгается в области, которые для науки как реальность не существуют.
Ни один философ не способен на то, к чему литература предназначена — просто говорить о сложном. Литература может то, на что не способна никакая наука — поразить сердца людей Истиной! Это и долг литературы, и её предназначение — сердцем Истину постигать!

Сегодня от литературы ждут новых идей и нового видения, а не переливания из пустого в порожнее. Главная проблема, как и всегда, это проблема идеала в современной жизни. Такое впечатление, что у современных людей вообще нет идеала.

На смену литературе разрушения (постмодернизма) сегодня приходит новая русская литература созидания и конструктивизма!
Для меня литература – это живое слово, способное выразить сокровенное и преобразить человека.
Литература, если она настоящая, способна изменять сознание людей, а значит и саму жизнь!
Задача литературы — формировать новые идеалы, вспоминая Вечные истины, доказывать их необходимость и возможность!
Искусство слова — кое и есть литература — состоит в умении проникнуть в сердце, и, покорив его, заставить разум побуждать людей творить добро без оглядки, вызвать чувства, которые лучше любого доказательства убедят в необходимости любить несмотря ни на что.
Литература — это крик, зов к человеку, призыв к лучшему в человеке!»
(из Декларации Новой Русской Литературы – в моём романе-быль «Странник»(мистерия)

P.S. Читайте другие мои статьи по данной проблеме: «Книга XXI века», «Рецепт хорошей литературы», «Сколько стоит критика», «Что убивает литературу», «Петербургские фундаменталисты от литературы», «Загадки петербургского текста», «Кому и за что дают литературные премии», «Интернет и литература».

А как Вы считаете, КАКОЙ БУДЕТ РУССКАЯ ЛИТЕРАТУРА В XXI ВЕКЕ?

© Николай Кофырин – Новая Русская Литература –