В конце 18-го века германские земли пришли в упадок, а революционные красные колпаки были наперечет. Саксония исключением не являлась: тамошние «вишневые сады» ветшали вместе с владельцами. «Барский дом вид имел плачевный: облезлый, с отставшей черепицей, в разводах от воды, годами точившейся сквозь расшатанные желоба. Пастбище над чумными могилами иссохло. Поля истощились. Скот стоял по канавам, где сыро, выискивая бедную траву».
Экономическая и нравственная затхлость шли рука об руку: «Богобоязненность непременно влечет за собой отсутствие урыльника».
В этих бедных декорациях молодые люди играют историю в духе радостных комедий Шекспира: все влюблены друг в дружку, опрокидывают стаканчики, сладко кушают, красноречиво спорят о философии и поэзии, немного обеспокоены скудостью финансов.
А главная линия, совсем не комическая, — любовь молодого философа Фрица фон Харденберга и девочки-хохотушки Софи фон Кюн. Фриц еще не стал поэтом Новалисом, ему предуказан путь на соляные разработки, но не сомневается он в том, что все на свете, даже счастье, подчиняется законам, и язык или слово могут и должны эти законы разъяснить.
akorish про Роман Юрьевич Прокофьев
12 05
Стеллар оставил положительные чувства, хотя последняя книга была нудноватой лично для меня. Но это не отменяет, того, что время потрачено не зря.
akorish про Джордж Оруэлл
12 05
1984 лучший перевод - это Леонид Бершидский. Сильная книга в отличном современном переводе. Почему так легко читается по сравнению с другими переводчиками? Да по тому, что современно адаптировано.
Очень рекомендую именно в его переводе.
1997
Прочитавшие эту книги читали: