"Россия оказалась просто на обочине мирового литературного процесса. Более того, если не считать былые заслуги дедушки Толстого и дяди Достоевского, современная Россия в литературном смысле перестала интересовать мир. И это касается как литературы массово-развлекательной, так и «серьезной». Если, конечно, считать, что таковая у нас имеется." - это цитата из интересной статьи Андрея Константинова "Поговорим за нашу российскую литературу?".

Он пишет:
" Однако, когда эти ханурики, взяв по две кружки, быстро выпили в себя первую дозу реанимационной жидкости, случился совершенно неожиданный диалог: едва отдышавшись, один сказал другому, видимо, продолжая давний спор:
- И все же… Набоков ненавидел Достоевского не из-за различия концептуальных подходов к литературному процессу, а по причине банальной зависти.
Второй усмехнулся и, еще продолжая трястись, парировал: - Просто ты в «Лолите» не видишь ничего, кроме сублимации педофилических фантазий.

Этот короткий обмен мнениями у пивного ларька меня одновременно приплющил и окрылил – причем настолько, что даже похмелье прошло еще до того, как я достоялся до своей кружки пива. Я ощутил гордость за свой город и за свой народ. Я как-то сразу вспомнил, что Советский Союз – самая читающая в мире страна и окончательно уверовал в эту пропаганду.

Шли годы. Смеркалось. Причем в том смысле, какой я в это вкладываю – смеркалось все сильнее, без малейших признаков скорого рассвета. И прошло двадцать пять лет. Четверть века – с одной стороны – не кот чихнул, но и не так уж много в масштабах истории цивилизации.
И вот в октябре 2009 года в немецком городе Франкфурте открылась ежегодная книжная ярмарка – главная книжная ярмарка планеты. Россия там оказалась представлена очень солидно - аж 46 издательств. Ну, литературная же держава, это ж понимать надо!

Да. Правда, Бельгия нескромно приперлась с 58 издательствами. Китайцы представили более двухсот семидесяти издательств, американцы – более шестисот двадцати, англичане – много больше семисот.

А про немцев я вообще не хочу говорить. Зачем называть эти астрономические цифры? Тем более, что мы все равно их в войне победили и Берлин взяли!

Да… такая вот арифметика.

Россия оказалась в своеобразной односторонней литературной изоляции – то есть мы из внешнего мира получаем, а мир от нас – нет. Фактически это означает исключение из мирового литературного процесса. По большому счету, это катастрофа. Причем катастрофа тем более опасная, поскольку не очень явно ощущаемая многими – и особенно нашей властью.

Неучастие в мировом литературном процессе, кстати говоря, глобально осложняет диалог с внешним миром – причем, диалог не только общегуманитарный, но и политический и экономический."

Про хануриков - улыбнуло. Про изоляцию - что-то в этом есть.
Пишет писатель, чье творчество лично я не очень ценю и читаю, но общий тираж книг более 10 миллионов в России заставляет задуматься.