Почему Н.Н.Наседкина привлечь по ст. 142 УК РФ не разрешает Даллес?

Писатель Валерий Аршанский против развратника, клеветника, инцефалитератора и даллесовца Николая Наседкина.

Благодаря статье героя нашего времени Олега Алёшина «Нам не по пути» борьба с литературными бесами Н.Н.Наседкиным и В.Т.Дорожкиной продолжается.

Всё познаётся в сравнении, поэтому прежде раскрытия основной темы по традиции лирика для тех, у кого есть разум и душа.

Ни разума, ни души в сфере поэзии нет ни у Н.Н.Наседкина, ни у неучей в азбуке стихотворства при Тамбовском управлении культа В.Т.Дорожкиной, ни у В.И.Ивлиевой и других чиновников, судей, прокуроров, полицейских… Они прославляют бездушную бестолковость творений Дорожкиной и самые низменные человеческие чувства, что видно по пошлому содержанию презренной прозы их кумира и развратника Николая Наседкина, что в его порнографических книгах: «Алкаш», «Меня любит Джулия Робертс», «Люпофь», «Гуд-бай, Май…».

Ими, исполнителями плана Даллеса, презираются о чистой любви стихи, подобные этим:

НЕОТПРАВЛЕННОЕ ПИСЬМО

О, Боже мой, как я любил,
На взводе был, хоть и не пил,
Забросил все свои дела,
Душа на подвиги звала.

В эмоциях не видел дна я,
Ты для меня была родная…
Мой ум за чувствами лишь гнался –
Не я в любви тебе сознался.

Прости, нездешняя любовь,
Что не делил с тобою новь.
Я благодарен встречи дню,
А гордость лишь в себе браню.

Уехал вдаль и не вернулся,
С судьбой своей я разминулся.
Душа лететь к тебе хотела,
Её держал я то и дело.

Я молод был, ты молода,
Нам не мешали холода.
Была пожаром у меня –
Осталась искра от огня.

В незатухающей надежде
Я ждать любви готов как прежде!
Признаньем душу обнажая,
Надеюсь, что ты не чужая…

Произведение «НЕОТПРАВЛЕННОЕ ПИСЬМО» из книги «Взгляд из волнующих лет» (стр. 191) заведомо преступно (цензура не разрешена, ст. 29 Конституции РФ) без литературоведческого анализа запрещено судьёй Амельчевой И.Н., (Решение от 18.01. 2010 г); судьёй Мороз Л.Э. (Решение от 15.06.2010 г.); судьёй Широковой Н.Ф. (Решение от 21.01.2011 г.); судьёй Сорокиной С.Л. (Решение от 04.04.2011г.); судьёй Фокиной Т.К. (Решение от 08.12.2011 г.); судьёй Изгарёвой И.В. (Определение от 15.03.2012 г.). Этими пародиями судейства была узаконена дискриминация автора и утверждена всем составом судей Тамбовского областного суда обеих коллегий. Позор им за то, что они по плану Аллен Уэлш Даллеса подчиняются коррупционерам и мошенникам и служат им с помощью фальсификации! В результате этого вся судебная система стала фикцией, театром абсурда! Необъективный суд ведёт Россию к революции или к развалу!

Члены правления Тамбовского отделения Союза писателей Лидия Перцева, Людмила Котова, Валерий Аршанский, рядовые члены «СП» Юрий Расстегаев, Татьяна Курбатова, Олег Алёшин, Валерий Хворов, Александр Митрофанов, Виктор Герасин, Владимир Сашин и многие другие представители местного писательского общества, опасаясь расправы за критику, кроме всего, о чём я уже писал, уполномочили меня довести до сведения руководителей области и общественности их протест против необоснованного восхваления литературных бесов: приспособленки Валентины Дорожкиной и порнографа Николая Наседкина. Славословие во имя фарисейки и развратника соответствует плану Даллеса, но противоречит Конституции России, морально-этическим нормам и православию. Опасаясь за своих детей и внуков совестливые люди не могут их больше терпеть.

Патриарх Кирилл призвал верующих православных людей провести 22 апреля 2012 года молебны и крёстные ходы. Цель этих мероприятий – противодействие духовно-террористическим актам исполнителей плана Даллеса, то есть, протест растлению молодёжи, агрессивной без духовности, несправедливости, усиленной дьявольским безбожием даже тех людей, которые на словах якобы за христианскую мораль. В нашей Тамбовской области к такому определению очень подходят деятели от культуры, наиболее активные исполнители плана Даллеса: Н.Н.Наседкин, В.Т.Дорожкина, В.И.Ивлиева, С.А.Чеботарёв, судьи и прокуроры. Коварство их не знает границ. Не удивлюсь, что они для введения в заблуждение общества примут участие в мероприятиях против своей засекреченной морали и сообщат об этом, не раскрывая секрета, в СМИ. Я уже писал, что уничтожение любого государства начинается с развращения его культуры.

http://www.litprichal.ru/work/114305/ ВЕРХОВНЫЙ СУД и Бетин О.И. за план Даллеса против России – Политика, 30.03.2012 20:21
Из плана Даллеса: «Хамство и наглость, ложь и обман, пьянство и наркомания, животный страх друг перед другом и беззастенчивое предательство, национализм и вражду народов, прежде всего вражду и ненависть к русскому народу, – всё это мы будем ловко и незаметно культивировать. Литература, театры, кино, пресса - все будет изображать и прославлять самые низменные человеческие чувства, мы будем всячески поддерживать и поднимать так называемых художников, которые станут насаждать и вдалбливать в человеческое сознание культ секса, насилия, садизма, предательства – словом, всякой безнравственности. Мы найдем своих единомышленников, своих помощников и союзников в самой России».

В таких условиях в целях противодействия плану Даллеса необходимо изобличать исполнителей плана Даллеса одного за другим, что я и делаю в течение почти двух лет. Жаль лишь, что

Не может же администратор
При власти сам себя наказывать.
Мятежных чувств аккумулятор
Устал на это нам указывать.

Сегодня я продолжу изобличение «свадебного» председателя Тамбовского Союза писателей ярого даллесовца Николая Николаевича Наседкина. О нём я писал неоднократно. Но, по-видимому, его руководители – также исполнители целесообразного для них плана Даллеса по уничтожению России. К своему позору они вместо пресечения действий предателя отдают ему часть Тамбовского областного бюджета в рублях, как будто ему премиальных долларов не хватает, поощряя нравственное разложение общества России.
Начало http://www.litprichal.ru/work/114631/ Н.Н.Наседкин: «Чем хуже вам, тем лучше мне и В.Т.Дорожкиной».

В предшествующей публикации мне помог герой нашего времени член союза писателей Олег Алёшин своей статьёй «Нам не по пути». К сожалению, после этого даллесовка из управления культа Дорожкиной и архивного дела В.И.Ивлиева пообещала ему бюджетные льготы в обмен на отречение от этой статьи. Другие члены Союза писателей говорят, что он, якобы, согласился на измену делу борьбы с планом Даллеса, коррупцией... Однако статья его имела большой резонанс. Она вызвала в своё время серию других рецензий и критических статей, которые опубликованы на сайте критикуемого исполнителя плана Даллеса Николая Наседкина.
http://www.niknas.narod.ru/9critic/critic.htm

Сегодня я привожу в сокращённом виде статью-рецензию члена Союза писателей Валерия Аршанского «А если это люпофь?» («Мир информации», 28 июня 2006 г.; «Мичуринская правда», 11 июля 2006 г.), журнал «Подъём» №1 2007 г. (мои комментарии в скобках).

Валерий Аршанский (Член правления Тамбовского отделения СП России).

ЭТО "ЛЮПОФЬ"?
«На обложке тринадцатой по счету книги тамбовского писателя Николая Наседкина "Люпофь" (1) запечатлены потягивающиеся на утреннем солнце у обширного водоема нудисты - Он и Она. Поскольку оба повернуты к читателю "кормой", а не лицами, трудно судить, что это за люди; ягодицы, хотя и голые, к сожалению, не дают большого представления о нравах и характерах героев. Лучше бы все же заглянуть Ему и Ей в глаза. А еще лучше, когда читатель с помощью писателя заглядывает в людские души. Все же для этого, наверное, и существует литература?
"Ну, что же, заглядывайте", - великодушно разрешает автор в ответ на молчаливую нашу просьбу. И отчаянно смело показывает не только глаза, но и многое другое, чем богаты и он сам, и его верные натурщики, вплоть до самых интимных мест, стыдливо именуемых на 360 страницах романа то "Васькой", то "Матреной". Как говорится, умри, тоска, читай "МК"! Ну, ладно.
Вообще в наше просвещенное время удивить человека читающего, а тем паче, мало читающего, изображением или описанием наготы дело плевое: подойдите к любому газетному киоску (лучше без малых детей) - за стеклянной витриной все увидите. Шокировать постельными откровениями публику, вдоволь насмотревшуюся порнопохабели за последние десять-пятнадцать лет, занятие тоже простенькое. Ну, а как добиться привлечения внимания, скандалезности, эпатажа? Традиционные изыски, вроде любовной лирики, мемуаров фрейлин двора ея императорского Величества или тонких классиков французской романистики, даже грубиянские верши мужицкого Луки с просторов российских уже не проходят. Было! Значит? Значит, надо идти другим путем. Каким?
А виртуальным. Компьютерным. Через Интернет. Когда не надо ничего изображать, ничего показывать, это ведь дело в литературе самое что ни на есть трудное. Куда как легче просто примитивные мэйлы Его и Её списывать, а для "оживляжа" что-то там умное дописывать. Такого вхождения в литературу не ждали? А-а-а. Мы вот они! Знакомьтесь: профессионал-писатель 50 лет от роду по имени Алексей, простите, еще раз, Алексеевич, а по фамилии Домашнев, и годящаяся ему в дочурки пассия - почти что юная 20-летняя его же студентка Алина Латункина. Ты еще барышня. Берегись, профессура, светских львиц!
Вот между ученым и ученицей и вспыхивает бенгальским огнем "люпофь" по переписке и вживую, вначале ярко брызжущая, искристая, азартная. А потом все затухающая, медленно, как шампанское в бокале, оседающая и под конец романа совсем исчезающая. М-да. Дюже оригинально.
Интенсивный (куда там "Почте России"!) обмен электронными посланиями отражает до мельчайших срамных подробностей дневные и ночные любовные схватки украдкой "Васьки" и "Матрены", сладострастные страсти-мордасти, да плюс дневниковые деловые записи обоих о том, где в какой день были, что поделывали. А мы, читатели, все 360 страниц романа послушно перелистываем вслед за автором главы с многозначительными заголовками "Оргазм", "Коитус", "Релаксация" и другими, малоприятными и малопонятными, но вроде как умными. Или претендующими на умность?

Профессор Леша (А. А. Домашнев) - он, в основном, - и когда трезвый, и когда уходит в запой (а уходит он туда регулярно), - предстает как ласковый и нежный зверь, как котище тот еще, без страха и упрека.
Алинка, хорошо подготовленная всей своей предыдущей жизнью к соитию с папиком Лешей, девица как девица, обычная, честно говоря, свистушка, какие вечерами гуляют по улицам городов Баранова и Козлова чуть ли не по десятку в ряд, мало чем отличаясь друг от друга и нарядами, и разговорами.
Правда, Латункина еще пишет стихи. Томные. Манерные. Иногда трагичные. То ли под идеолога символизма Зинаиду Гиппиус, то ли под... себя. "Высыхающая река души" - это уж точно не Гиппиус. Это - Латункина, отдадим должное, решительной, как танк, юнице.
Конечно, пересказывать сюжет книги дело неблагодарное. Да вот сюжетец-то, как раз и... того. Почти предсказуемый с самых первых страниц романа, где случай сводит на вечернике опытного бабника и рисковую нимфетку, до финала, где ему и ей (ей в гораздо меньшей степени) несдобровать.
В сюжет заложена история обыденно-житейская, расхожая, в чем-то анекдотическая – для мужских курилок, - но больше простая и понятная, как мычание. Какие там страсти роковые! Какие там "Я не могу без тебя жить" (кстати, точно ли Алексеевские это стихи, как преподносит писатель Наседкин, не Фета?).
Какая там, к черту, глубокая любовь, когда и сами любовники обозначают ее не иначе как "бла-бла-бла". И что они, вообще-то, сами, пожилой пацан Леша и она, юница, как личности собой представляют?
У него жена, хотя и постылая, но к которой надо возвращаться, у него роковые запои, а её кормят папа с мамой, поит и одаривает сережками ухажер, чем не житуха для беспечной студиозки?
Профессор Алексей Алексеевич Домашнев в трезвом виде мужичок-бодрячок, следящий за осанкой, за сдерживанием живота своего, он предстает перед нами как ничуть морально не закомплексованный специалист, но не столько в своей профессии - филологии (о чем мы еще скажем), сколько в ловле женских особей, как гурман в еде, как личность до фанатизма преданная Интернету, телефильмам и... Да, пожалуй, и все.
Вот на каком странном языке и вот о чем преимущественно говорит этот профессор с дамой сердца своего Латункиной: "Пересылаю тебе пару срамных фоток из Инета - как пример "причесок" для Матрены. Посмотри, прими к сведению и сразу сотри с диска. А то опарафинишься перед братом". Или: "Насчет любви (синоним счастья)... Алина, ты злоупотребляешь, ты злозлоупотребляешь, ты злозлозлоупотребляешь произнесением (написанием) этого пугливо-радостного слова-понятия. Давай не будем о любви говорить, давай о ней помолчим... А вообще, если серьезно, ты словно сама себя убеждаешь, что любишь... такое впечатление".

Вы что-нибудь поняли из приведённой "серьезной" тирады профессора Домашнева. Особенно о "редкостности" слова "любовь"? Я нет. Профессор Домашнем вообще на всех 360 печатных страницах романа мало что говорит вразумительного, в лучшем случае цитирует мысли великих, стенает по поводу и без, и все корит в своих посланиях-мэйлах не понятно в чем навечно виноватую перед ним жену - виноватую, может, в том, что волосы красит хной? Или в том, что зовут ее Дарьей Николаевной? Так это уж, как говорят на Украине, "бачилы очи, що купувалы, иште, щоб вам повылазыло"!
Жена ли виновница страданий "юного Вертера" - старого мужа, читателя Фаулза и поклонника Достоевского, к которому, как мы хорошо знаем, далеко не равнодушен и сам автор романа (он и в эпиграф к "Люпофи" выносит прелестную в своей откровенности выдержку из письма великого писателя жене). Заметим, жене, но не "нимфетке"...
О кругозоре и умственном уровне баловня судьбы, дурно кончающего свою жизнь профессора Домашнева, хотелось бы заметить вот что. По странной ассоциации, этот доктор наук живо напомнил нам другого ученого, некого, если позволите, Степана Трофимовича Верховенского, либерала 40-х годов XIX века, о котором Федор Михайлович Достоевский в "Бесах" отзывается так:
"Это был человек умнейший и даровитейший, человек, так сказать, даже науки, хотя, впрочем, в науке... ну, одним словом, в науке он сделал не так много и, кажется, совсем ничего".
Интересно было бы познакомиться с докторской монографией такого профессора Домашнева: что он сделал для отечественной науки на поприще литературы российской? Боюсь, как бы тоже "совсем ничего"... Роман об этом деликатно умалчивает.
* * *
Но не настолько все же прост, не настолько наивен, думается мне, писатель Наседкин, чтобы, выставив на всеобщее обозрение свой скандальный роман – ругайте, удивляйтесь, восхищайтесь, - не понимать разницу между любовью настоящей и подделкой под нее - "Люпофью". Не понимать, что откровение голых ягодиц не имеет ничего общего с откровением подлинных человеческих чувств? Не верю!
Хотел того Николай Николаевич Наседкин в своей 13-й книге или нет, но его новое произведение путь и поневоле чутко отрефлексировало на тектонические изменения нашего не во всем к лучшему обновленного общества: что происходит с вечными ценностями? Куда уходят воспетые Шекспиром, Пушкиным, Толстым глубочайшие человеческие чувства? Неужели и правда, на смену ночным серенадам под окнами любимой, вздохам на скамейке, на смену "Я вам любил безмолвно, безнадежно..." приходят инетские (чуть было не сказал идиотские) "Васьки" да "Матрены"?
Грустно, печально, если это и в самом деле так.

Думается, автор "Люпофи", бросая вызов морали, прекрасно понимает, делая роман романом-предостережением. В чем? Да хотя бы в том, что нельзя идти по жизни, как его герою, глухим, слепым, бесчувственным и безжалостным к окружающим тебя людям, это безнравственно и наказуемо. Недаром же вначале преуспевающий профессор Домашнев в конце концов становится, растранжирив всего себя, все свои жизненные соки, жалким изгоем, бомжем, дрожащим над пузырьком настойки боярышника, "вытирая грязным рукавом куртки проступившие едкие слезы".
Над такой "Люпофью" и впрямь впору заплакать».
(Прообраз А. А. Домашнева – сам автор Н.Н. Наседкин, а прототип Алины Латункиной – Елена Луканкина из газеты «Притамбовье»).

Все вопросы, поставленные Валерием Аршанским становятся риторическими, если иметь в виду, что автор порнографического содержания одной из таких же многих книги Николай Наседкин, как и Валентина Дорожкина, – почётный исполнитель плана Даллеса по уничтожению России и, значит, растлевать людей – его обязанность. Всякий раз, когда сталкиваюсь с нарушением Конституции со стороны независимых от неё представителей государства, я удивляюсь их коварству – они ведут Россию к самоуничтожению. Так обстоит дело и в образовании, и в правосудии. Насчёт судей и прокуроров я приводил множество примеров.

Коснусь и полицейских. Они также работают по плану Даллеса. Ввергая Россию в хаос, «защитники порядка» около полугода не возбуждают уголовные дела против исполнителей плана по уничтожению России, например, против того же Наседкина Н.Н. по статьям 307 УК (заведомо ложная экспертиза), или по статье 142 (изготовление и распространение порнографии). Более полугода не возбуждают уголовное дело против Михаила Комарова из Тамбовского похоронного дома, который, наживаясь на горе родственников умерших, пользуясь нравственным шоком, грабит их. Эти происшествия на руку плану Даллеса, выгодны его исполнителям. Чтобы не было попыток судебного преследования по ст. 125 УПК полицейские просто игнорируют заявления потерпевших, а без Постановлений в отказе в возбуждении уголовных дел судьи отказывают в рассмотрении подобных нарушений прав человека.

Зато, если дело касается интересов организаторов и исполнителей плана Даллеса, то полицейские идут на подстрекательство преступлений для того, чтобы показать им свою рьяность. Так сложилось, что под влиянием даллесовцев России кибернетика была объявлена лженаукой. Труды по изобретению компьютеров были признаны преступлением. Умельцам приходилось выбирать: или в тюрьму, или в переезд в Америку. Американцам люди России помогли изобрести компьютер и программы для них. Программы продаются и в России. В пересчёте с доллара на рубли, учитывая, что наш труд по сравнению с американским, обесценен, программы стоят очень дорого.

Наши хакеры, которые отказались уехать в Америку, взламывают защиту, исправляя историческую несправедливость. Российские полицейские, переодетые в гражданскую форму, провоцируют их, за бесценок покупают нужные им программы, затем отбирают деньги и заводят на тех, кто установил им офисные программы, уголовные дела по статье 146 УК РФ «Незаконное использование объектов авторского права…». Иудам четверная польза: бесплатные программы, премии от своего начальства в рублях за активность, премии от американцев в долларах, физический и моральный вред людям России во имя её уничтожения. Двойные стандарты, как и пошлость, в России в почёте!

В моих статьях нет признаков действий «спамера». В них нет рекламы. Другое толкование этого слова, исходящее от русской мафии, ошибочно. Кроме того, моё суждение хоть и оценочное, но оно неопровержимо из-за 100% истины. Докажите обратное, если не согласны. Имейте в виду, что истину не опровергнуть, но очень хочется, а нет ума покритиковать содержание, то некоторым оболваненным, одураченным даллесовцами существам остаётся пытаться оскорбить, унизить автора. А это запрещено правилами Интернета.

Унижение человека при помощи мата или других методов оскорбления, как и клеветы, является нарушением статьи 21 Конституции России. Запрещение распространения информации, как и блокирование за правдивую информацию в Интернете, является преступлением против статьи 29 Конституции РФ. Надеясь, что длинная рука Пленумов Верховного Суда ещё не дотянулась до отмены Конституции в Интернете, предупреждаю, что преступник может быть привлечён к ответственности. Таких людей, если они не трусы, я прошу рядом с фактом нарушения Конституции РФ написать свой почтовый адрес и адрес суда по своему месту жительства.

Когда прекратится дискриминация ради Дорожкиной В.Т. и Наседкина Н.Н.?