От автора: “Ребят, я понятия не имею, что получится…”

Не оглядывайся. Там нет ничего нового.

Всегда ненавидела, когда книгу или фильм открывает описание погоды или пейзажа. Что это за штамп такой? По собственному опыту могу вам сказать, что никому не интересно количество осадков за окном, цвет заката, или чем благоухает нежно-розовая сакура, раскинувшая свои ветви на вершине горы, подножие которой окутал густой тяжелый туман. Это же настоящая скука! Даже не так – это двойная скука. Скука в квадрате! Ну, вы поняли. Кстати, если вы тот человек, кому нравится такая тягомотина – напишите мне, и я отправлю вам персональное письмо со следующим текстом: “Ахахаха! Ты серьезно? Ахаха, прекрати… С глубоким уважением Адри”. Обещаю.

Вчера был такой день, который лучше всего подходит для переезда. Светило мягкое полуденное солнце… Почему я так считаю? Потому что именно вчера я перевезла последнюю сумку в новую квартиру. Точнее, она была старая, но, так как я въезжала в нее – она для меня была новой, улавливаете? То есть, в ней не было никакого супер-пупер ремонта – обычная пыльная бетонная “коробка”, в которой есть кухня, совмещенный санузел, довольно большая гостиная, и один чулан, благодаря которому она носила статус двухкомнатной. Мне-то все равно, ведь она досталась мне за сущие копейки, но, согласитесь, приятно сказать: “я переехала в собственную двухкомнатную квартиру”. Это автоматически прибавляет пятьдесят очков к солидности, а для двадцатилетней девушки это очень даже неплохо.

Закрыв за собой дверь, я аккуратно отодвинула одну из коробок с вещами – теперь у меня появилась возможность осмотреть квартиру дальше прихожей. Нет, я бывала здесь не один раз – в том числе, когда оценивала ее, принимая решение: купить или нет. Но тогда я обходила ее ища какую-нибудь гадость: висельника в комнате, разбитые окна, сатанинские надписи, крыс, притон наркоманов, пони или что-то в этом духе. Не обнаружив ничего такого, я с радостью сказала: “Договорились!” Риэлтор – круглый смешной пончик лет пятидесяти – пожал мне руку, и уверил, что я не пожалею о такой покупке, ведь обладать недвижимостью в наше время намного рентабельнее, чем бла-бла-бла, скука-скука-скука. Мы уже закрывали дверь лестничной клетки, а он продолжал что-то восторженно изрекать. Почувствовав, что не выдержу больше ни минуты этого жужжания, я устало улыбнулась, и спросила: “А кто раньше жил в этой квартире?” Реакция мужчины была не совсем обычной: он икнул, кашлянул, сделал глубокий вдох, поцокал языком, и только после этого от него последовал ответ: “Да никто, в общем-то… В смысле, данная жилплощадь раньше принадлежала одному ветерану – пусть земля ему будет пухом – потом там некоторое время проживал его внук, но, вот уже больше двадцати лет, о нем ни слуха, ни духа. Уехал куда-то. Не о чем беспокоиться!” В общем и целом, этот ответ был достаточно убедителен. Если не считать раскрасневшееся лицо риэлтора, щелчки пальцами через каждое слово, и жуткий фальцет, на который сорвался его голос в последней фразе. “Отлично!”: беззаботно улыбнулась я, успокаивая распереживавшегося мужичка, и мысленно ставя галочку напротив пункта “посмотреть в интернете жуткую историю данного места”.

После я посещала данную квартиру уже только с целью забросить в нее очередную порцию вещей. Да, ее “темная” сторона оказалась настолько зловещей, насколько раздутой: риэлтор сказал правду про ветерана и его внука, за исключением судьбы второго. Писали, что он умер то ли от передозировки наркотиками, то ли его ударило током, то ли какая-то маньячка насиловала его три дня подряд, и, в порыве страсти, придушила трусиками. Мне это показалось чуть более, чем очень забавно, поэтому было принято решение купить эту квартиру. А что такого? Кровавое прошлое есть у каждой второй “жилплощади”. Так пусть у моей будет эдакий мистический налет, нежели вполне реальные следы крови и отверстия от пуль.

Так вот, я привозила сюда вещи, и сразу же уезжала: открывала дверь, кидала сумку или коробку, закрывала дверь. На то были свои причины, но главной являлась следующая: оттягивание момента вступления во взрослую жизнь. Мне казалось – стоит здесь задержаться, как я тут же превращусь в пожилую женщину с пятью кошками, климаксом, и корвалолом в прикроватной тумбочке. Эта мысль бросала меня в дрожь настолько, что я до последнего надоедала моей тете – маминой сестре – своим “я погощу у Вас еще пару деньков?” Конечно, было понятно, что всю жизнь так продолжаться не может. Поэтому, в один прекрасный осенний день – полная решимости здесь, хотя бы, переночевать – я переступила порог своей квартиры.

Щелкнув три раза замком, я разулась, кинула рюкзак на одну из коробок и, сняв пальто, просочилась на кухню. Тут меня встретили доисторический “уголок”, круглый стол, и на удивление чистая кухонная плита. Все это освещалось тусклым светом низко висящего абажура. В общем, это место так и кричало: “Здесь давно никто не жил!”

На улице смеркалось, поэтому я решила зажечь весь свет, который можно было найти в этой квартире: прихожая, ванная, чулан я обошла стороной, и, в конце-концов, гостиная “тире” большая комната. Жаль, что люди, готовящие помещение к продаже – читай: “мужики, которые матерились, и вывозили отсюда всю мебель” – не прихватили с собой эти жуткие обои. Комната была усеяна огромными… Нет, ОГРОМНЕЙШИМИ бутонами алых роз. Неужели я не заметила их в прошлый раз? Хотя, тогда тут еще стояла мебель – могла и не придать значения.

“Нет, ну так дело не пойдет”: сказала я себе, и одним уверенным движением оторвала клочок обоев рядом с выключателем. Довольная собой, я бросила его на пол, и пошла ставить чайник.

Общеизвестный факт: даже самая кошмарная квартира становится немного уютнее, когда в ней появляется хотя бы одна чашечка чая. Благо, с этим у меня не возникло проблем: маленький чайничек лежал в сумке, которую я привезла сюда последней. Там же была заварка, и моя любимая кружка с надписью: “Drag and drop, bitches”.

Я уселась на расшатанную табуретку, и уставилась в телефон. К моему удивлению, он предложил мне подключиться к Wi-Fi сети под названием “CherryGhost”. Как бы это было ни смешно, но “Вишневый призрак” давал свободный доступ в Интернет, причем без пароля. Мысленно поблагодарив какого-нибудь соседа-извращенца за такой подарок, я нажала кнопку “Подключиться”. В этот самый момент погас свет во всей квартире, а чайник, щелкнув кнопкой, дал понять, что он вскипятился.

Нервно захихикав, я попыталась быстрее стереть из памяти свой писклявый крик, озаривший квартиру секунду назад. “Просто какой-то сбой в сети, Адри. Ничего страшного. Все хорошо, скоро свет зажжется, и ты сможешь спокойной попить чай”: уговаривала я себя, тщетно пытаясь не вскочить с табуретки, и не убежать куда подальше от этого места.

Потихоньку приходя в себя, я взяла чайник, и налила кипяток в кружку. Так я и сидела, барабаня пальцами по столу, освещенному только экраном телефона. Пока чай заваривался как следует, я успела прочитать несколько статей о сбоях в подаче электричества. Оказывается, такой случай как у меня – далеко не редкость. Виной всему старая проводка. Нашла чему пугаться.

Тем не менее, от нервов, мне даже чай показался каким-то безвкусным. Хотя, это могло быть из-за плохой воды. Как-никак, водопроводом долгое время не пользовались. Ржавчина – все дела.

Не успела я сделать второй глоток, как мне в глаза ударил свет: все имеющиеся в доме лампочки опять зажглись. “Слава Богу”: вздохнула я, и – щурясь – сделала еще один глоток. По-прежнему, никакого вкуса. Поставив кружку на стол, я взглянула на нее, и мне тут же стало трудно дышать. Медленно, словно находясь под водой, я поднялась из-за стола и начала пятиться к выходу. Не в силах оторвать взгляд от кружки с плавающим куском обоев вместо заварки, я старалась заставить окаменевшие конечности двигаться быстрее. Безрезультатно. Меня хватило только на то, чтобы сосредоточиться, и повернуть голову в сторону комнаты – вдруг, мне показалось, и этот клочок бумаги лежит на том же месте? Но его там не было.

“Добро пожаловать, Адриа-солнышко”: раздался мужской голос откуда-то с кухни.

Наверное, не стоит говорить о том, что я выскочила из квартиры настолько быстро, насколько мне позволяла физическая форма, коробки, раскиданные при входе, и три оборота ключа.

Сейчас я сижу в круглосуточном кафе, пью микроскопическую порцию американо – именно на столько у меня хватило денег в кармане джинс – и думаю как мне быть дальше. Батарейка на телефоне должна дотянуть до утра. Думаю, тогда я и попытаюсь зайти в квартиру ровно на шаг: чтобы взять рюкзак, в котором у меня все документы и деньги, и пальто. Бегать по осенней улице в одной кофточке и джинсах без гроша в кармане, оказывается, не очень здорово.